— Проверить не мешает. — Томин берет термос, открывает, принюхивается. Чуть поколебавшись, забирает и термос и чашку.

Тем временем офицер пожарной охраны дает популярные объяснения Кибрит, поводя рукой в сторону склада:

— Сперва огонь охватил все, что легко воспламеняется. Отсюда первое направление. Потом он набрал силу и потек вширь. Но если, как в данном случае, прогорела крыша, то оказывал влияние и ветер…

— Извините, прерву, — появляется Знаменский. — Я вынес постановление о комплексной экспертизе. «Экспертной комиссии, — зачитывает он, — в составе представителя Пожарной испытательной лаборатории, пожарного надзора и криминалиста поручается установить…» Тут порядочно всего. Вот руководящий документ, приступайте. По горячим следам, — добавляет он с усмешкой.

— Да уж, горячей некуда — среди головешек. Куда я такая? — оглядывает себя Кибрит. — Придется вам меня одевать, — оборачивается она к офицеру.

— Сделаем. Только вот габариты, конечно… Народ у нас рослый…

Томин подходит к полковнику:

— Товарищ полковник, кто из ваших инженеров может со мной поработать?

— Илья Петрович! — кричит полковник.

— Угрозыск, — говорит Томин подходящему инженеру и пожимает ему руку. — Я понимаю, горело тут крепко. Но все-таки насчет сигнализации… Может, удастся обнаружить, была или нет повреждена до пожара?

— Пойдемте посмотрим, — соглашается инженер.

Возвращается «рафик», на котором уезжал за Гуторской Томилин.

— Пал Палыч, привез!

Знаменский взглядывает вопросительно, Томилин пожимает плечами: сообщить, мол, нечего.

Гуторская, аккуратная, элегантная, словно не среди ночи подняли, деловито, по-мужски протягивает Знаменскому руку:

— Гуторская, замзавскладом.

— У вас есть какие-нибудь соображения о причинах пожара? Такие, что надо проверить немедленно?